Рош hа-Шана: какой Новый год мы на самом деле встречаем?

Мы привыкли говорить о Рош hа-Шана как о "еврейском Новом годе". Это кажется само собой разумеющимся: Новый год — значит начало чего-то нового, смена календаря, новые страницы в жизни. С этим образом связаны привычные символы: яблоко с мёдом, круглые халы, пожелания доброго года. Но за этой привычной картиной возникает вопрос, который редко задаётся напрямую: если это Новый год, то какой именно? В самой Торе день, который мы называем Рош hа-Шана, имеет другие названия. В книге Ваикра (23:24) он назван "זִכְרוֹן תְּרוּעָה" — "память трубления", а в книге Бемидбар (29:1) — "יוֹם תְּרוּעָה" — "день трубления". Текст акцентирует внимание на звуке шофара, на самом акте напоминания и пробуждения. Праздник здесь связан с литургическим действием, а не с календарной точкой отсчёта. В эпоху Мишны этот день приобретает новое значение. В трактате "Рош hа-Шана" (1:2) сказано:

בְּאַרְבָּעָה פְּרָקִים הָעוֹלָם נִידּוֹן: בַּפֶּסַח — עַל הַתְּבוּאָה, בַּעֲצֶרֶת — עַל פֵּרוֹת הָאִילָן, בְּרֹאשׁ הַשָּׁנָה — כָּל בָּאֵי עוֹלָם עוֹבְרִין לְפָנָיו כִּבְנֵי מָרוֹן, שֶׁנֶּאֱמַר תהלים ל״ג: הַיּוֹצֵר יַחַד לִבָּם, הַמֵּבִין אֶל כָּל מַעֲשֵׂיהֶם, וּבֶחָג — נִידּוֹנִין עַל הַמָּיִם.

Выражение "Рош hа-Шана" впервые появляется в Мишне, но его значение гораздо шире привычного. Трактат "Рош hа-Шана" открывается словами:

אַרְבָּעָה רָאשֵׁי שָׁנִים הֵם: בְּאֶחָד בְּנִיסָן רֹאשׁ הַשָּׁנָה לַמְּלָכִים וְלָרְגָלִים. בְּאֶחָד בֶּאֱלוּל רֹאשׁ הַשָּׁנָה לְמַעֲשַׂר בְּהֵמָה. רַבִּי אֶלְעָזָר וְרַבִּי שִׁמְעוֹן אוֹמְרִים, בְּאֶחָד בְּתִשְׁרֵי. בְּאֶחָד בְּתִשְׁרֵי רֹאשׁ הַשָּׁנָה לַשָּׁנִים וְלַשְּׁמִטִּין וְלַיּוֹבְלוֹת, לַנְּטִיעָה וְלַיְּרָקוֹת. בְּאֶחָד בִּשְׁבָט רֹאשׁ הַשָּׁנָה לָאִילָן, כְּדִבְרֵי בֵּית שַׁמַּאי. בֵּית הִלֵּל אוֹמְרִים, בַּחֲמִשָּׁה עָשָׂר בּוֹ.

"В году есть четыре новых года. Первое Ниссана — новый год для царей и для праздников. Первое Элула — новый год для десятины скота. Рабби Элазар и рабби Шимон говорят: в первый Тишрей. Первое Тишрея — новый год для лет, для лет шмитты и юбилеев, для посадки и для овощей. Первое Швата — новый год для деревьев, по мнению школы Шаммая; а школа Гиллеля говорит: пятнадцатого Швата." Эти четыре даты отражали разные стороны жизни. Первое Ниссана служил началом года для царей и для праздничного календаря. Первое Элула — для десятины скота, хотя часть мудрецов переносила этот рубеж на Тишрей. Первое Тишрея имело наибольшее значение: отсчёт лет, шмитты, юбилеев, срок для посадки деревьев и для овощей. Первое или пятнадцатое Швата был новым годом для фруктов нового урожая. Таким образом, в мишнаитской традиции существовала система из четырёх "новых годов", и только позднее именно 1 Тишрея стало главным, вобрав в себя и значение календарного начала, и идею суда. С Рош hа-Шана связывается и представление о сотворении мира. В Талмуде (Рош hа-Шана 27а) сказано: "Этот день — начало Твоих дел, память о первом дне". Мудрецы учили, что именно в этот день был сотворён первый человек, Адам, а вместе с ним — и человеческая история. Но источники сохранили и другую традицию. В трактате Рош hа-Шана (10б–11а) приводится спор: рабби Элиэзер утверждал, что мир сотворён в Тишрей, а рабби Йехошуа — что в Ниссан. Первая точка зрения связывает начало мира с осенним циклом праздников и временем жатвы, вторая — с весной и обновлением природы. В тексте молитвы закрепилось понимание Тишрея: "היום הרת עולם" — "Сегодня зачат мир". Традиция Ниссана продолжала жить в агадических текстах, связывая весну и исход из Египта с новым началом для человечества. В итоге мы имеем две линии: Тишрей — месяц сотворения и суда, и Ниссан — месяц искупления и обновления.

Современный счёт лет "от сотворения мира" восходит к Седер Олам Раба — хроникону II века н. э., составленному в Эрец-Исраэль и приписываемому рабби Йосе бен Халафте. Этот текст выстроил историю от сотворения до Александра Македонского в непрерывную цепь лет. Его цель была не научной, а религиозной: согласовать данные Танаха и пророчества в единую систему. Именно Седер Олам стал основанием еврейской эры, по которой сегодня мы называем текущий год 5786-м. Отсчёт начинается с осени 3760/3761 года до н. э. — условного "года творения". Система закрепилась у гаонов в Вавилоне (IV–V вв.), а затем стала нормой во всём еврейском мире. К этому счёту не все относились одинаково. Рамбам в "Морэ Невухим" подчёркивал: вопрос о сотворении или вечности мира нельзя решить философскими средствами. Как последователь аристотелевской философии, он считал вечность мира более научно обоснованной концепцией. Сотворение ex nihilo он принимал как предмет веры и откровения, а не как результат рационального доказательства. Поэтому и календарный счёт "от сотворения" он рассматривал не как научное знание, а как традицию, необходимую для галахической практики. Особой проблемой в этой хронологии стал персидский период. В традиционной схеме Седер Олам он занимает всего 34 года — от восстановления Храма при Кире и Дарии до прихода Александра Македонского. В исторической науке же эта эпоха насчитывает свыше двух столетий (примерно 539–332 гг. до н. э.) и включает династии Кира, Дариев, Ксерксов и Артаксерксов. Такое резкое "сжатие веков" порождает вопрос: куда исчезли почти двести лет? Комментаторы объясняли это по-разному. Одни считали, что составители Седер Олам сознательно сократили список персидских царей, видя в разных именах одного и того же правителя. Другие указывали, что цель текста была богословской: уложить историю в рамки библейских пророчеств, прежде всего — 70 лет вавилонского изгнания. Чтобы сохранить стройность этой схемы, "лишние" годы были просто отброшены.

Для раввинистической традиции это не было проблемой: Седер Олам не претендовал на историческую науку в современном смысле. Он служил инструментом согласования Писания, литургии и календаря. Но уже в Средние века критика стала звучать громко. Караимы указывали на несоответствия с греческими и вавилонскими источниками. Позднее и христианские полемисты использовали этот разрыв как аргумент против раввинистической традиции. Но для мудрецов прошлого история была скорее историософией — поиском смысла и богословской рефлексией, тогда как мы привыкли воспринимать историю как последовательную фиксацию событий. Поэтому хронология Седер Олам и историческая историография так сильно расходятся. Таким образом, "сжатие веков" в еврейской традиции не следует понимать как простую ошибку. Это результат иной логики — стремления вписать историю в рамки пророческого времени. Но именно этот подход и создаёт напряжение между традиционным календарным счётом и исторической наукой, которое обсуждается и по сей день.

Наряду с этим существовали и другие альтернативные системы летоисчисления. В библейскую эпоху годы считали по царям Израиля и Иудеи. В отдельных источниках встречается счёт от разрушения Храма, а в мидрашах — даже от исхода из Египта. Особое место занимает так называемый миньян а-штарот — «счёт документов», известный также как эра Селевкидов. Первый год этой эры соответствует древнему македонскому календарю, начавшемуся осенью 312 года до н. э., и совпадает с еврейским годом 3448 (ג'ת"ן). В еврейском мире миньян а-штарот применялся в Вавилоне ещё во времена Второго Храма и был широко распространён на Ближнем Востоке в эпоху мусульманской империи. В Египте эта система сохранялась до её отмены раввином Давидом бен Шломо ибн Зимрой (Радбазом) в XVI веке, а у евреев Йемена — до XX века (и отчасти используется до сих пор). Своё название система получила потому, что именно ей чаще всего датировались юридические документы (штарот), в отличие от календарей, которые предпочитали вести счёт от сотворения мира. Текущий еврейский год (5785) соответствует 2336 году по миньян а-штарот.

Что касается месяцев, то в Торе месяца не названы по именам, а обозначены номерами ("первый месяц", "седьмой месяц"). В других книгах Танаха упоминаются древние имена: Авив (Ниссан), Зив (Ияр), Этаним (Тишрей), Бул (Хешван). После Вавилонского изгнания закрепились вавилонские названия, которые мы используем и сегодня: Ниссан, Ияр, Сиван, Тамуз, Ав, Элул, Тишрей, Хешван, Кислев, Тевет, Шват и Адар. Календарь устроен как лунно-солнечный: месяцы идут по луне, а годы выравниваются по солнцу добавлением дополнительного месяца — Адара II. Система, окончательно закреплённая Гилелем II в IV веке н. э., сохранилась до наших дней. Именно по ней мы и сегодня встречаем Рош hа-Шана — праздник, в котором сходятся история, вера и время.